DeepSeek учит, что следует думать о Ориане Фаллачи

После 11 сентября
Книги «Ярость и гордость» и «Сила разума» были восприняты как манифест исламофобии. Её обвиняли в следующем:

· она смешивала ислам как религию с исламистским терроризмом;
· обобщала всех мусульман и представляла их как коллективную угрозу;
· использовала язык вражды и дегуманизации;
· призывала Европу «защищать идентичность» от иммигрантов, что, с точки зрения антирасистов, легитимирует ксенофобию и дискриминацию;
· отказалась от равного достоинства людей независимо от религии и происхождения.

Реакция организаций и либеральной прессы

Human Rights Watch и Европейская сеть против расизма (ENAR) критиковали её за антимусульманские и антиарабские высказывания.

Французская MRAP пыталась через суд запретить её книгу, называя её «поджигательским трактатом исламофобии».

В докладе ООН она упоминалась в числе влиятельных интеллектуалов, связывающих исламофобию с терроризмом.

The Guardian писал, что она воплощала либеральную совесть для целых поколений, но её поздние нападки на ислам и европейских левых сближают её риторику с крайне правым экстремизмом.

The Economist называл её голосом «новой европейской формы расизма».

Итог

Для либералов и антирасистов правильная позиция — не защита Фаллачи, а солидарность с мусульманскими общинами, иммигрантами и отказ от коллективной вины. Её ранние заслуги признаются, но поздние взгляды считаются несовместимыми с либеральными и антирасистскими ценностями и воспринимается как предательство тех самых принципов, за которые её когда-то уважали.