Почему левые не стесняются работать в Public service

Государственная служба в медиа (или работа в финансируемом государством проекте) сама по себе не противоречит либеральным или прогрессивным взглядам. В демократиях публичные медиа существуют повсеместно: BBC, ARD/ZDF, France Télévisions, польское TVP, скандинавские общественные вещатели и т.д. Люди с самыми разными политическими взглядами там работают. Критерий обычно другой: соблюдает ли издание редакционные стандарты, прозрачно ли финансирование, есть ли политическое давление на содержание.

Если журналист разделяет цели конкретного государственного проекта или, по крайней мере, считает их совместимыми со своими убеждениями, противоречия нет. Если же он считает, что государственное финансирование автоматически делает материал «пропагандой» или ограничивает свободу, тогда вопрос о личной последовательности действительно возникает — но это уже индивидуальный выбор, а не общее правило.

Похожие претензии звучат со всех сторон:

правые часто упрекают «либеральных» журналистов в работе на государственные или грантовые структуры;
левые — в работе на коммерческие или «правые» медиа.

Стыд или его отсутствие зависит не от ярлыка «либерал/прогрессивист», а от того, насколько человек честен перед собой относительно источника денег и степени независимости.

Grok

👍2

2 comments

Comments (2)

Tigra 3 wk

Они не стесняются, они гордятся

👍💯2

Леви Дымер 3 wk

Почему Ленин не стеснялся помощи от немцев?

Потому что для Ленина и большевиков «своя страна» в патриотическом смысле не существовала.

Они исходили из принципиально другой логики.

1. Идеология «революционного пораженчества»

Ещё с 1914–1915 годов Ленин сформулировал позицию: в империалистической войне социалисты должны желать поражения своему правительству. Потому что:

Война ведётся не за интересы рабочих, а за передел колоний и рынков между буржуазными государствами.
«Рабочие не имеют отечества» (формула из «Манифеста Коммунистической партии»).
Поражение «своего» империалистического правительства — ускоряет превращение мировой войны в гражданскую войну и революцию.

Для большевиков Временное правительство после февраля 1917-го оставалось буржуазным и продолжало «империалистическую войну». Значит, помогать его ослаблению (даже руками немцев) было не изменой, а последовательной революционной политикой.

2. Практический расчёт

Германия дала:

Проезд через свою территорию в «пломбированном вагоне» (апрель 1917).
Значительные деньги через посредников на печать «Правды», агитацию в армии и расширение партийной инфраструктуры.

Это подтверждается немецкими документами (в том числе запиской статс-секретаря Кюльмана кайзеру в декабре 1917-го: большевики смогли развернуть пропаганду и расширить базу только благодаря постоянному потоку средств «через разные каналы»). Без этих ресурсов партия оставалась бы маргинальной.

Ленин понимал, что немцы используют их как инструмент. Он считал это взаимным использованием: Германия хочет вывести Россию из войны, большевики хотят власть. Кто кого переиграет — решит дальнейший ход событий.

3. Результат

После захвата власти большевики действительно заключили Брестский мир (март 1918), отдав Германии огромные территории. Это полностью соответствовало немецким ожиданиям. Ленин оправдывал это необходимостью «передышки» для укрепления власти и надеждой на скорую революцию в самой Германии.

Итог

Стыда не было, потому что национальная лояльность для них была буржуазным предрассудком. Главной ценностью была мировая пролетарская революция. Помощь враждебного государства, воюющего со «своей» страной, выглядела допустимым тактическим средством, если оно приближает эту цель.

С точки зрения обычного патриотизма и норм того времени это была измена. С точки зрения Ленина — принципиальная политика.