Adam Cwejman: Левая партия вычистила из предвыборных списков 25 антисемитов
Преследования евреев на Западе невозможно понять, если отказываться говорить прямо о том, где взращивается ненависть. Повторяющиеся скандалы вокруг Левой партии показывают, что эта проблема существует и в шведской политике.
Из 41,5 миллионов жителей Канады евреев меньше одного процента. Тем не менее в прошлом году две трети всех зарегистрированных в стране преступлений на почве ненависти были направлены против них. То же самое происходит в Великобритании и Австралии.
Речь идет о безопасных, стабильных и демократически устойчивых странах, которые всего за несколько лет скатились к регулярному насилию и угрозам, и власти уже не в силах это остановить.
Что же на самом деле произошло? Действительно ли это необъяснимо? Почему в таких благополучных странах, как Канада и Австралия, раз за разом повторяется один и тот же сценарий, происходят аналогичные нападения, звучат похожие угрозы?
Многие, конечно, помнят о самых громких преступлениях: теракте на пляже Бонди-Бич в Австралии в декабре прошлого года, когда во время празднования Хануки были застрелены 16 человек, или, может быть, об убийствах двух мужчин возле синагоги в Манчестере в том же году, совершенных в праздник Йом-Кипур.
Но за этими резонансными трагедиями стоят годы угроз, избиений, поджогов и множества других правонарушений. Для многих евреев это обернулось вынужденной изоляцией, необходимостью постоянной бдительности и, главное, ощущением того, что эти безопасные государства превратились в якобы безопасные.
Политическая и общественная реакция сводится, как обычно, к осуждению, призывам к бдительности и заявлениям о том, что происходящее абсолютно неприемлемо. Но этого явно недостаточно. Подобная пассивность означает крах тех высоких целей гуманизма и толерантности, которые декларируют эти страны.
На этой реакции лежит и доля вины в том, что антисемитизм продолжает расти и не думает идти на убыль. Это касается всех упомянутых государств. Это касается и Швеции.
С одной стороны, мы видим невежество тех, кто подменяет понятия.
Многие публичные фигуры — политики, руководители ведомств, публицисты — осуждают антисемитизм, но не объясняют причин его роста. Они либо не понимают глубинных истоков проблемы, либо боятся говорить о них открыто, либо сознательно предпочитают молчать.
На страницах шведской прессы в разделах дискуссий и культуры опубликованы сотни статей о том, как ужасен антисемитизм, что он «возвращается» в каждом поколении, что это яд и тому подобное. Подобные дежурные заявления дёшево стоят и ни к чему не обязывают, превращаясь в своего рода театральный, оторванный от реальности плач.
С другой стороны, вина лежит на партиях, которые превратили ближневосточную политику в инструмент местной предвыборной борьбы ради получения голосов и из-за этого смотрят сквозь пальцы на антисемитизм в собственных рядах. Это те самые партии, чьи представители и члены уже не первый год громко кричат о «сионистах», не желая понимать, что это слово уже несколько десятилетий используется как политически корректное обозначение евреев.
Шведская Левая партия торжественно обещала и клялась разобраться с проявлениями антисемитизма в своих рядах — это обещание стало едва ли не главным мотивом ее риторики в прошлом году.
Однако, вопреки всем обещаниям, партии потребовалось независимое журналистское расследование, чтобы обнаружить в своих избирательных списках 25 человек, которые открыто прославляли терроризм и распространяли антисемитские теории заговора. По словам проводившей проверку журналистки Инас Хамдан, эти 25 человек — «лишь худшие из примерно сотни, которых удалось найти».
На прямой вопрос в эфире телеканала TV4 о том, почему Левая партия регулярно сталкивается с проблемой политиков, выражающих антисемитские взгляды, лидер партии Нуши Дадгостар пыталась уйти от ответа: «И у вас на TV4 могут работать люди, которые пять лет назад чем-то делились в соцсетях, это ведь не должно лежать вечным бременем», — ответила Дадгостар журналисту.
Из ответа Дадгостар следует, будто антисемитизм в Левой партии — явление случайное и безобидное, а не системная проблема, характерная для партии. Тем не менее у Дадгостар есть гипотеза о причинах происходящего. В том же интервью, говоря о подоплеке того, почему около двадцати политиков Левой партии выражали или разделяли антисемитские взгляды, она ссылается на контекст: войну на Ближнем Востоке.
И для многих политиков Левой партии это, судя по всему, действительно оправдание. Но какую еще форму расизма прилично извинять или сглаживать ссылками на текущие или исторические конфликты в других частях мира?
Поразительно, что партия, сделавшая антирасизм своим политическим знаменем, не замечает, как сама становится частью проблемы — частью той структуры, которая прочно укоренилась во многих западных обществах.
Идеи, которые эти политики Левой партии высказывали в социальных сетях (часто на арабском языке), — это таже самая идеология, которая заставляет других переходить от слов к делу. Молодые люди, совершавшие нападения в Канаде, Швеции, Великобритании и Дании, были полностью пропитаны этими убеждениями. Они повсюду видят еврейское засилье и манипуляции, ненавидят Израиль и в итоге переносят эту ненависть на тех, кто, по их мнению, олицетворяет Израиль в их новых странах: на евреев и еврейские институты, или на «сионистов», как их теперь принято называть.
Не то чтобы коренное население в Канаде, Великобритании, Австралии и Швеции вдруг в одно прекрасное утро проснулось антисемитами. Социологические опросы не фиксируют в сколько-нибудь заметной степени, что большинство граждан стало относиться к евреям значительно хуже.
Растущий антисемитизм в этих странах также не связан с ростом безработицы, экономическими трудностями или популярностью праворадикальных партий. Как отметил исследователь Йоханнес Дюэ Энстад в работе 2025 года, основанной на данных из двенадцати европейских стран, наиболее очевидным показателем роста антисемитизма является доля мусульманского населения. И хотя антисемитские взгляды не всегда приводят к физическому насилию, они создают для него почву.
Всплеск антисемитизма в риторике, настроениях и действиях тесно связан с увеличением численности выходцев из стран Ближнего Востока, Северной Африки и Центральной Азии в упомянутых государствах.
Для многих это осознание настолько болезненно, что его практически невозможно произнести вслух. Причина в том, что признание этого факта разрушает иллюзию гармоничного мультикультурного общества и, как опасаются некоторые, может дать легитимацию правым радикалам.
Антисемитизм, как и любая другая форма расизма, не является врожденным. Его взращивают, поддерживают, поощряют и делают нормой. Если иммигрант или ребенок из иммигрантской семьи оказывается в среде, где любые проявления расизма жестко осуждаются обществом, подобные взгляды со временем исчезнут.
Но если человек находится в среде, где определенные формы расизма не просто терпят, а считают нормой, возникает именно та ситуация, которую мы наблюдаем сегодня в Канаде, Австралии, Великобритании и Швеции.
Антисемитизм — это часть более глубокого кризиса, с которым столкнулись западные страны: неспособности привить демократические ценности и идеалы свободы всему населению без исключения. И эта проблема касается гораздо большего круга людей, чем одного процента евреев. В первую очередь она должна волновать лидера партии, самопровозгласившей себя главной антирасистской силой страны.
Comments (1)